шапка-сайта-01

С началом героической битвы за Ленинград самое активное участие в ней приняли военные моряки. Морская пехота действовала в составе общевойсковых соединений на самых трудных и ответственных участках: на Ораниенбаумском плацдарме, под Синявино, на Невском пятачке и других тяжёлых участках фронта.

Морские пехотинцы участвовали в десантных операциях, осуществляли боевые действия в тылу врага, ходили в штыковые атаки. На Ленинградском фронте не имелось ни одной стрелковой дивизии, в которой не было бы моряков. С началом Великой Отечественной войны Балтийский флот направил на сушу для ведения боевых действий 125 тысяч моряков. Уже в июле-августе 1941 г. в Кронштадте были сформированы 10 бригад, 4 полка, свыше 40 отдельных батальонов и рот морской пехоты, которые принимали участие в боях за Ленинград, в тяжелейших условиях проявили чудеса выдержки и героизма в обороне города и прорыве его блокады.

В начале ноября Военный Совет КБФ отдал приказ о формировании пяти лыжных батальонов и 1-го Особого отдельного лыжного полка. Отдельный особый лыжный полк моряков Краснознамённого Балтийского флота был сформирован в начале ноября 1941 года в Кронштадте из добровольцев в количестве 1200 человек.  Среди них были моряки из экипажей погибших кораблей, зенитчики, матросы береговой службы. Командовал полком пехотный офицер, майор В.Ф.Маргелов, (будущий Герой Советского Союза, после войны генерал армии, Командующий ВДВ СССР).

К этому времени Маргелов уже имел опыт боевых действий в зимний период: во время Советско-финляндской войны - командовал Отдельным разведывательным лыжным батальоном 596-го стрелкового полка 122-й дивизии.

Незадолго до операции Маргелов командовал 218 стрелковым полком 80-й стрелковой дивизии.  21 ноября 1941г. его вызвали в штаб дивизии в деревне Малое. Манушкино, откуда майор был направлен командовать лыжным полком моряков.  

Полк на лыжах из Кронштадта прибыл 20 ноября в Лисий Нос, далее по железной дороге в Ленинград. В Ленинграде моряки получили боезапас. Полк был переброшен в деревню Ваганово в районе Осиновецкого маяка.

Наступать маргеловцам предстояло на хорошоукрепленные позиции 227-й пехотной дивизии 1-го армейского корпуса вермахта, в составе которой помимо пехотных полков, хорошо укрепленной системы дзотов, входила рота тяжелого вооружения (2 взвода мотоциклистов-пулеметчиков, батареи противотанковых и противопехотные орудий, 2 взвода САУ). Во время боя (исходя из документов) немцы запрашивали артподдержку дальнобойной артиллерии из Синявино.

Участок вдоль берега Ладоги между Шлиссельбургом и деревней Липки протяженностью около 12 километров был самым узким и выглядел наиболее предпочтительным направлением для прорыва блокадного кольца, неоднократные попытки решить эту задачу оставались безуспешными вплоть до 18 января 1943 года. Сколько было таких попыток, остается предметом дискуссии историков. 

В ночь с 27 на 28 ноября 1941 года 1-й Особый отдельный полк встал на лыжи, и вышел на лед Ладоги. Пройдя по льду примерно 15 км от мыса Маяцкий носок до острова Большой Зеленец устроили привал. Боясь потерять внезапность штурма, полк в середине ночи покинул остров и прибыл к намеченному рубежу атаки. Ранним утром, в 5 км от берега оставили лыжи и развернулись фронтом вдоль побережья. 

На фото: Командующий ВДВ, герой СССР генерал армии Маргелов В.Ф.

Передовые части наступавших подошли к берегу в 8 утра. Сходу прорвав первую линию неприятельских окопов у Новоладожского канала, полк Маргелова занял деревню Липки, подойдя к Староладожскому каналу. Тяжелый бой, иногда переходя в рукопашный, продолжался больше суток. Однако, поставленную задачу без значительной поддержки пехоты и артиллерии полк выполнить не смог. Гитлеровцы бросили в бой подкрепление и создали сплошную завесу артиллерийско-минометного и пулеметного огня. В этом сражении моряки-лыжники потеряли более 800 человек.  Майор Маргелов был тяжело ранен. Его вытащили моряки со льда на остров Зеленец.

 Из дневника Михаила Федоровича Сухова, ст. писаря 2-го батальона 1-го ООЛПМ КБФ

Мои воспоминания о первых боях.

19 ноября 1941г. я находился в Кронштадте, где мне исполнилось 19 лет. Отметили эту дату по стаканчику лишнего компота. А двумя-тремя днями позже начали формировать в Кронштадтском флотском полуэкипаже  и Ленинграде Особый Отдельный Лыжный отряд из моряков-добровольцев. Желающих добровольцев было очень много, но зачислили не всех. Я и мои приятели Сальников, Чесалин, Габичвадзе и другие были зачислены в отряд. Вечером нас построили, доложили о готовности отряда коменданту Кронштадта, который перед отправкой сказал напутственные слова и ночью по тонкому льду Балтики выдвинулись пешком, взяв курс на железнодорожную станцию «Лисий нос». По пути нас обнаружил немецкий самолет-разведчик, сбросивший над нами на парашютах несколько осветительных ракет и сразу же, как по сигналу, было произведено несколько артиллерийских выстрелов немецкой артиллерией. Однако разрывы снарядов легли в стороне и все дело кончилось для нас благополучно. Прибыв рано утром на станцию, нас уже ждал замаскированный поезд. Быстро погрузились и приехали в Ленинград,  где разместились в одной из школ.

В течение 4-х дней шла интенсивная подготовка отряда к боевым действиям. Закончив формирование, отряд отправился в прифронтовую полосу. Добираться пришлось частично по железной дороге, а километров 20-30 шли на лыжах.

18_15

Разместили нас в клубе небольшого поселка. В течение 2-х дней нас обучали стрельбе из автомата, мы знакомились по карте с местностью, где предстояло воевать, было проведено несколько лыжных вылазок по 20-30 километров с отдыхом на снегу.

Вечером по тревоге отряд был поднят. Командир отряда Майор Маркелов доложил о готовности отряда к военным действиям прибывшему к нам командующему КБФ Адмиралу Трибуцу В.Ф. лично руководившему военными действиями нашего отряда. Адмирал Трибуц вкратце обрисовал перед нами сложную военную обстановку, в которой нам придется действовать. Здесь мы поклялись не посрамить земли Русской и отомстить немецко-фашистским захватчикам за все муки и страдания наших людей.

Начались первые бои, принесшие первые успехи. Все шло, как будто по расписанию. Неспокойно чувствовал себя враг, особенно по ночам, сжигая для освещения своих позиций тысячи ракет.

Но вот однажды случилось непоправимое. Вышли на исходный рубеж и цепью залегли примерно в двухстах метрах от деревни Лиски, где находилась отборная фашистская дивизия «Мертвая голова». Выступление было назначено на 20:00 часов. Ждали свою стрелковую дивизию, которая должна была прибыть к назначенному месту. 

Пролежав на снегу всю ночь до 8 часов утра и не дождавшись дивизии, отряду был отдан приказ идти на штурм переднего края, так как отходить было уже поздно. Немцы могли нас обнаружить и тогда стали бы расстреливать в упор. Деревня стояла на крутом берегу, внизу был заболоченный берег Ладожского озера, поросший мелким кустарником. Местность вся простреливалась. Мы бесшумно пошли в атаку. Подпустив нас до кустарника, немец открыл шквальный огонь из всех видов оружия. Но мы не дрогнули и с криком «Ура!» бросились на врага. Тяжелый, неравный был бой, длившийся почти весь день. Но, несмотря на трудности, мы все же прорвали линию обороны и ворвались в деревню, по пути уничтожив большое количество немцев, несколько дзотов, минометных и одну артиллерийскую батарею.

Фашисты уже дрогнули, казалось, вот уже близко наша победа...

Как жаль, что вовремя не пришла наша дивизия, которая должна была расширить проделанную нами брешь в обороне противника и закрепить занятые позиции.

Немец, как бы опомнившись и получив быстро свежее подкрепление, начал нас теснить и окружать. Но паники в наших рядах не было, никто не струсил, а все, и раненые в том числе, дрались как львы до последней капли крови.

В этом бою я получил пулевое ранение в правую руку, а мой приятель Сальников был ранен в ногу минным осколком.

Вечером, под прикрытием темноты мы начали выходить с поля боя, так как дальнейшее удерживание позиции было бесполезным. <Выходили> унося с собой раненых. Очень большие потери понес наш отряд в том <бою>. Но еще большие понесли потери и немцы.

Часто нас, фронтовиков спрашивают: «А страшно ли было в бою?» На это я всегда отвечаю словами поэта-североморца Н. Букина. 

«Нас спросят: «Страшно?»

                   Может быть.

Ведь нет бесстрашных

                  от рожденья.

Но нам страшней поклоны бить, 

Жить в рабстве, в муках, в униженьи».

Проводку осуществляли опытные, высококвалифицированные моряки-гидрографы во главе со старшим лейтенантом А. П. Витязевым, вскоре ставшим командиром манипуляторного отряда Ладожской флотилии. Задание было очень важным, и не случайно перед выходом на лед в район мыса Сосковец прибыл командующий флотом вице-адмирал В. Ф. Трибуц, который лично проверил готовность к походу и поставил задачу.

... 19 ноября 1941 года зачислен добровольцем в Лыжный полк моряков имени "Ленсовета" на должность командира стрелкового отделения.

28 ноября 1941 года участвовал в бою за населенный пункт Синявино в районе Шлиссельбурга. В бою тов. Золотухин со своими отделением попал в окружение превосходящих сил противника. Не взирая на личную опасность под сильным пулеметно-автоматным огнем пробрался к противнику на близкое расстояниеи забросал гранатами немецких пулеметчиков, уничтожив при этом 6 солдат противника, захватив станковый пулемет открыл ураганный огонь по наступающим немцам. Противник не выдержал огневого натиска, беспорядочно отступил, оставив на поле боя много трупов и техники. В бою тов. Золотухин был ранен. Не смотря на ранения он продолжал вести бой

слайд 4 маргелов
22